газета 'Дуэль' N 23 (521) 
5 ИЮНЯ 2007 г.
НАЦИОНАЛИСТЫ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
БЫЛОЕ И ДУМЫ
ПОЛИТИКА
ОТДЕЛ РАЗНЫХ ДЕЛ
ФАКУЛЬТЕТ ФИЛОСОФИИ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРА И КУЛЬТПАСКУДСТВО
ИНФОРМАЦИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

ЭСТОНИЯ БЕЗ ЭСТОНЦЕВ

Как известно, разработка планов, касающихся будущности судьбы народов СССР после гипотетического расширения рейха до Урала, принадлежала преимущественно Альфреду Розенбергу (хотя руку к ним приложили и Гитлер, и Гиммлер, и другие нацистские лидеры). Альфред Розенберг был сам прибалтийским немцем, уроженцем Таллина, где он провёл детство, учился в Риге, а затем в Москве, где получил диплом архитектора (по странной иронии истории будущий архитектор геноцида в качестве дипломной работы выполнил... проект крематория). Розенберг хорошо говорил по-русски, знал русскую культуру, ситуацию в Прибалтике. Отчасти поэтому он был назначен Гитлером на должность рейхсминистра по делам восточных оккупированных территорий. Другой мотив этого решения Гитлера был связан с тем, что именно Розенберг был ведущим идеологом НСДАП в отношении «расового вопроса». Ему принадлежала книга «Миф ХХ века», которая в рейхе по значимости ставилась сразу же после «Моей борьбы» Гитлера. По некоторым сведениям, именно Розенберг ещё в 20-х годах привил Гитлеру доктрину антисемитизма и «арийского расизма».

По плану Розенберга та часть территории СССР, которую нацисты планировали присоединить к рейху (то есть земли до Урала, так как после Урала по планам немцев начиналась Японская империя), должна была разделяться на пять губернаторств, или рейхсскомисариатов - «Остланд», «Украина», «Кавказ», «Россия», «Туркестан».

Эстония должна была войти в рейхскомиссариат «Остланд» наряду с Латвией, Литвой и Белоруссией (собственно, он уже был создан в 1941 году и его столицей стала Рига). Предоставив эстонцам некоторую автономию на время войны, нацисты в дальнейшем намеревались избавиться от них, равно как от латышей, литовцев и белорусов. Особо подчеркнём: речь шла не о лишении эстонцев национальной независимости, а об уничтожении их как нации (правда, не при помощи геноцида и террора, как, например, евреев или цыган, а другими, «более гуманными» способами). Этому посвящен так называемый меморандум Розенберга (он же план «Ост») - секретное предписание от 2 апреля 1941 года, подписанный рейхсминистром по оккупированным восточным территориям Альфредом Розенбергом (его текст можно найти в книге В.И. Дашичева «Банкротство стратегии германского фашизма. Исторические очерки. Документы и материалы» (Москва, 1973), отдельные места из плана «Ост», а также замечания к нему доступны в Интернете). Согласно плану «Ост», территория Латвии, Литвы, Эстонии и Белоруссии подлежала колонизации немцами, местное же население (латыши, литовцы, эстонцы, белорусы) планировалось либо депортировать в Центральную Россию и в Сибирь, либо ассимилировать.

Имелось в виду, что прибалтам должна была доставаться самая грязная работа (аресты, пытки, расстрелы), для чего в них нужно было воспитывать чувство превосходства над русскими, отношение к русским как к варварам, в убийстве которых нет ничего аморального. По замыслу нацистов, в этом случае жители русского рейхскомиссариата всю свою ненависть направили бы на прибалтов, а немцы выступали бы для них в качестве высших людей, незапятнанны геноцидом и кое-когда даже пресекающими беззакония прибалтийских полицаев. Следует ещё раз сказать, что по мере сокращения русского населения и германизации России необходимость в прибалтийских полицаях должна была исчезнуть, что означало смертный приговор и для этой части прибалтийских народов (которую, напомним, доктрина нацистов объявляла «расово неполноценными», а значит, лишёнными права на жизнь).

Согласно плану «Ост», полное онемечивание прибалтийских земель и, соответственно, полную ассимиляцию эстонцев, латышей и литовцев предполагалось закончить через одно-два поколения после включения этих территорий в состав рейха. Генрих Гиммлер - руководитель СС - в письме от 12 июня 1942 года называл точную дату полной ликвидации латышей и эстонцев как народов: «двадцатилетний план должен включать полное онемечивание Эстонии и Латвии».

Получается весьма пикантная ситуация. Исторические факты неопровержимо доказывают, что советский, прежде всего русский солдат (вкупе с белорусским, украинским, татарским, киргизским) спас эстонский народ и эстонскую национальную культуру от полного уничтожения. Это благодаря тем павшим солдатам Красной Армии, останки которых покоятся в центре Таллина и чей подвиг олицетворяет скорбящий Бронзовый солдат, а также благодаря их выжившим однополчанам сегодня существуют на земле эстонцы, звучит эстонская речь, пишутся на эстонском языке газетные статьи и литературные произведения, диссертации и школьные сочинения. Советский агитпроп называл этого солдата освободителем, но это не очень удачное, неполное определение. Советский и русский солдат не просто освободил эстонцев от нацистской оккупации, он спас их как народ, и поэтому советского русского солдата правильнее бы назвать спасителем эстонской нации и культуры (равно как и всех остальных прибалтийских и не только прибалтийских наций и культур, ведь немецкие нацисты собирались уничтожить не только евреев и цыган, но и, например, со временем ассимилировать и онемечить чехов, словаков, поляков и т.д.). Термин «солдат-освободитель», увы, к концу советских времён превратившийся в штамп, позволил эстонским и другим прибалтийским националистам говорить о том, что это было якобы никакое не освобождение, а переход от одной оккупации к другой, и тем самым девальвировать в глазах националистически настроенной общественности прибалтийских республик подвиг советского солдата времен Второй мировой войны. Разумеется, перед нами не что иное, как пропагандистский блеф. Разговоры об оккупации прибалтийских республик, продолжавшейся более полувека, просто смехотворны.

Общеизвестно, что Советский Союз вкладывал в республики Прибалтики огромные средства, строил там предприятия, социальную инфраструктуру, поддерживал и развивал национальную интеллигенцию. Прибалтикой правила не некая «оккупационная администрация», состоящая из русских, а национальные правительства, сами латыши, эстонцы и литовцы. Наоборот, в Прибалтике, как и в других национальных республиках СССР, была, особенно в позднесоветские годы, тенденция к «затиранию» русских при приёме в государственный и партийный аппарат, к местническому, этническому принципу подбора руководящих кадров (так что нынешние преследования русских в Прибалтике это только гиперболическое продолжение того, что началось уже в позднесоветские времена). Центральное советское правительство и ЦК КПСС сознательно закрывали на это глаза, поскольку считали более важным сохранить национальный мир в многонациональной стране, не провоцировать национальные элиты на открытый конфликт.

Наконец, ни для кого не секрет, что уровень жизни в той же Эстонии в 60-80-х годах был гораздо выше, чем в центральных регионах Советского Союза, в русских «сердцевинных» землях СССР - в Рязанской, Тульской, Владимирской и других областях. Где и кто видел такую оккупацию, при которой оккупированный народ жил бы материально лучше, чем «оккупанты» из метрополии? Такое могли выдумать только отуманенные националистическими страстями прибалтийские радикалы...

Но даже они, считающие вхождение прибалтийских республик в состав СССР оккупацией, из элементарного здравого смысла должны признать очевидный факт, что оккупация лучше уничтожения! В составе Советского Союза эстонцы, как и другие прибалтийские народы, сохранили своё национальное бытие. В составе гитлеровского германского рейха они подверглись бы онемечиванию и исчезли бы с лица земли уже через одно, два поколения. Так почему же эстонские националисты, которые объявляют себя защитниками и охранителями эстонской культуры, спасителя этой культуры - советского и русского солдата - оскорбляют и поносят, а тех, кто своими действиями объективно способствовал уничтожению этой культуры, фактическому геноциду эстонцев (имеются в виду, конечно, эстонские легионеры СС и полицаи вкупе с «лесными братьями») - пытаются обелить и реабилитировать?! Ведь если для деятелей эстонского национального движения, действительно нет ничего выше бытия эстонской нации, то они должны независимо от того, как относятся к пребыванию Эстонии в составе СССР, ежедневно возлагать живые цветы к Бронзовому солдату - спасителю эстонской нации от онемечивания и гибели. И как бы они ни относились к субъективным мотивам эстонских прислужников Гитлера, они должны клеймить их имена позором, потому что объективным результатом их деятельности чуть было не стала гибель не только Эстонии, но и самих эстонцев...

Но на деле всё наоборот, и это ещё одно доказательство того, что любые националисты - что эстонские, что украинские, что грузинские, что туркменские - только на словах заботятся о своих народах, а в действительности им до своего народа дела нет, прекрасные слова о цветении национальных культур для них лишь прикрытие политического гешефта. Этим националисты отличаются от простых людей, от народа, от лица которого ничтоже сумняшеся они дерзают говорить. Так, в отличие от эстонских националистов, эстонский народ фактически выбрал сторону СССР и вошёл в состав Советского Союза добровольно при всех политических осложнениях этого процесса. Речь идёт о тех эстонцах, которые не пошли в услужение Гитлеру, которые воевали с нацистами и их прихвостнями в рядах Красной Армии, в рядах партизанских отрядов, созданных на территории Эстонии в самые первые месяцы войны. Речь и о простых мирных жителях, которые, видя зверства немцев по отношению к другим народам, их высокомерное стремление строить благополучие немецкой нации на крови других наций, стали осознавать, что Советская армия и Россия вообще - единственное спасение для эстонского народа. При этом, возможно, они не тешили себя иллюзиями и понимали, что реальная политика груба и далека от сантиментов и что судьба малого народа, которого историческая судьба поместила на пограничье между геополитическими гигантами - Россией и Европой, безусловно, сложна и даже драматична.

Но, повторим, они осознавали, что объективно эстонцам выгоднее остаться с Россией, чем с Европой, которая, как оказалось, время от времени выкидывает такие политические протуберанцы, как нацизм, смертельно опасные для малых, да и некоторых больших народов. Именно с этим связано фактически мирное, добровольное присоединение Прибалтики после Второй мировой войны. Конечно, не обошлось без диверсионных вылазок «лесных братьев», которые беспокоили край до конца 40-х годов. Но в большинстве своем эстонцы, так же как латыши и литовцы, признали новую власть, потому что понимали, от чего она их спасла. И этим ситуация 1945 года в корне отличалась от ситуации 1917-1918 годов, когда маленькая Эстония не побоялась вести войну с РСФСР и добилась-таки от огромной России подписания Тартусского мира, по которому её независимость получила правовое подтверждение.

Тут мы подошли к очень важному моменту. Прибалтийские националисты стремятся уверить всех, что годы вхождения Эстонии, Латвии и Литвы в СССР были жестокой оккупацией, которая держалась исключительно на терроре и страхе. Мы уже говорили о том, что это фактически неверно и вопиюще противоречит реалиям послевоенной советской Прибалтики. Мы укажем лишь, что ещё Никколо Макиавелли, этим непревзойдённым знатоком реальной политики, был сформулирован закон «кентавра власти». Сущность этого закона проста: власть никогда и нигде не может долго удержаться на одной лишь силе, как бы велика эта сила ни была. Власть держится на двух опорах - силе и согласии. Это согласие не обязательно имеет форму всенародной, восторженной поддержки, достаточно, чтобы народ терпел своё правительство и не стремился его свергнуть, уже этим легитимность правительства де-факто обеспечена. А прибалтийские народы в течение, по крайней мере, 60-80-х годов мирились с существующим положением вещей. Никаких восстаний, подобных пражскому или будапештскому, в Прибалтике не было, более того, не было даже сколько-нибудь заметного движения сопротивления, которое является непременным атрибутом оккупации. Одно это, кстати, свидетельствует о том, что жители советской Прибалтики не воспринимали своё состояние как оккупацию, миф об оккупации был сконструирован позже, в угаре сепаратистских эмоций.

Итак, советская власть в Прибалтике вплоть до 1991 года была де-факто легитимна. А вот в 1991 году эстонцы вдруг решили, что теперь им будет лучше в составе Евросоюза, чем в составе России, тем более что теперь объединённая Европа представляла собой не нацистскую Festung Europa, а вполне либеральный Евросоюз. И опять, как в 1918 году, одной политической воли хватило, чтоб отделиться от евразийского гиганта (и, мы уверены, ничего бы не изменилось, даже если бы на территорию Прибалтики были введены войска). Другое дело, что, оказалось, и либеральной Европе, так же как и нацистам, не так уж нужны малые народы и их специфические проблемы. Эстонцы, процветавшие при «советской оккупации», вымирают и ассимилируются среди «больших народов» Европы и без всяких директив Гиммлера, сами собой, в силу объективной исторической тенденции. Около трети молодых эстонцев уже переехали в страны Евросоюза и не собираются возвращаться. Среди оставшихся коренных жителей Эстонии смертность давно превышает рождаемость (в 2004 году рождаемость составляла 9,6 на тысячу человек, а смертность - 13,4 на тысячу человек). Для республики, население которой составляет всего лишь около 1 миллиона 300 тысяч человек, то есть равно населению одного российского не очень крупного города, это демографическая мина, взрыва которой осталось ждать не так уж долго. Аналитики утверждают, что, возможно, через тридцать лет русское население в Эстонии, теперь имеющее позорный статус «неграждан» (при том, что русских там 26%) станет большинством, и тогда вполне возможно появление в Эстонии русского президента.

Придётся ли эстонцам и другим прибалтам пожалеть о том, что в 1991 году они оторвались от России, которая пестовала и лелеяла их, относясь к ним с нескрываемым уважением как к «своим европейцам», и сделали выбор в пользу Евросоюза, для которого они никому ненужные малые народы с полуварварской окраины Европы? Это покажет время. По нашему глубокому убеждению, им, безусловно, придётся пожалеть о своём сепаратистском безумстве начала 90-х. Старейшие члены Евросоюза уже сейчас выказывают недовольство по поводу притока дешёвой рабочей силы из Восточной Европы, что разрушает тщательно выстроенные Западом системы социальных благ и гарантий. В Западной Европе всё большей популярностью пользуются ультраправые (вспомним историю с австрийским неонацистом Хайдером, который даже стал было членом правительства, или с французским ультраправым Ле Пеном, который однажды уже вышел во второй тур президентской гонки в стране, имеющей прочные левые традиции). Усиление национализма и консерватизма в ведущих странах Евросоюза приведёт к ещё большему охлаждению их по отношению к новоявленным членам Евросоюза, особенно к прибалтийским государствам-лимитрофам. Вряд ли, конечно, в Европе повторится гитлеризм, и былого геноцида прибалтам опасаться не стоит, но никаких особых благ от Евросоюза они тоже не получат.

Если бы прибалтийские политики обладали прозорливостью, они, напротив, стремились бы наладить отношения с Россией, на помощь которой они могут всегда рассчитывать в силу неустранимой связи наших стран, обусловленной географическим положением и общностью исторических судеб. Поэтому ожидать разумных действий от нынешнего националистического руководства Эстонии, равно как Латвии и Литвы, увы, не приходится.

Р. ВАХИТОВ,
Отечественные записки, 17.04.2007

`
ОГЛАВЛЕНИЕ
АРХИВ
ФОРУМ
ПОИСК
БИБЛИОТЕКА
A4 PDF
FB2
Финансы

delokrat.ru

 ABH Li.Ru: sokol_14 http://www.deloteca.ru/
 nasamomdele.narod.ru

[an error occurred while processing this directive]

Rambler's Top100