газета 'Дуэль' N 27 (425) 
5 ИЮЛЯ 2005 г.
ТОГДА МЫ БЫЛИ СИЛЬНЕЕ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
БЫЛОЕ И ДУМЫ
ЭКОНОМИКА И ПОЛИТИКА
ОТДЕЛ РАЗНЫХ ДЕЛ
ФАКУЛЬТЕТ ЭКОНОМИКИ
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРА И КУЛЬТПАСКУДСТВО
ИНФОРМАЦИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

КИНОТЕАТРАЛЬНЫЙ ШАБАШ

Направляю Вам несколько коротких статей по часто затрагиваемым Вами темам Духа и Души, духовности и сущности человеческой природы, их «исследования» и свойств. Статьи написаны настоящим «специалистом» в этом вопросе черным монахом Архимандритом Рафаилом (Карелиным). Также, в одной из Ваших публикаций, было сказано о том, что Вы не понимаете почему православные не приемлют кинофильмы о Христе - прилагаю чётко аргументированную православную позицию Архимандрита по этому вопросу в статье «Кинотеатральный шабаш». Владислав Горбунов

В атрибутику язычества органически входят театр и скульптура (изваяния). В древнегреческой трагедии участвуют олимпийские божества. В индуистских храмах происходят театральные представления с эле­ментами маскарада и балета. В христианстве искусство (картинное изображение) заменено символическим, а изваяние - иконами.

Театральное искусство построено не на принципе духовного восхождения от символа к символизируемому, а на принципе имитации - воплощения артиста в играемого персонажа, внутренней идентификацией (отождествление изображающего с изображаемым). Поэтому сценическое изображение Святого всегда остается дерзким похищением его достоинства и имени, провокацией и профанацией. Тем более изображение Бога явится для артиста демоническим действием - кощунством, а для зрителя - неосознанным идолопоклонством.

Вряд ли религиозный человек согласится играть Христа. Возьмем другой случай: артисты индифферентны к религии или вообще неверующие. Эти светские люди по-разному будут представлять и оценивать образ Христа. Для одних Он мечтатель-утопист, для других - учи­тель нравственности, для третьих - такой же религи­озный реформатор, как Будда и Магомет, для пятых - Он революционер, вроде «палестинского Спартака», и т. д. Каждый из них создаст свой специфический образ, и в результате на экране появятся совершенно различные христы, имеющие мало общего друг с другом. Каждый артист, как человек, также субъективно относится ко Христу: у одних к образу евангельского Христа - эмоциональное безразличие, у других - симпатия, у третьих - ненависть, как к врагу.

Если же артист считает себя религиозным, то он должен принадлежать к какой-нибудь конфессии, к определенной культовой среде, и поэтому в трактов­ке образа Христа будут разные позиции у католика, протестанта, иудея, мормона, масона, кришнаита, буддиста, спирита, сатаниста и т.д. Даже политичес­кие симпатии не пройдут безследно в этом вопросе: иной образ Христа будет у социалиста, другой - у коммуниста, третий - у монархиста, четвертый - у фашиста и т. д. Киноплюрализм станет одним из спо­собов вообще нивелирования и уничтожения образа Христа, превращения Его во внешне многоликую, а внутренне пустую абстракцию. А что можно сказать о самом артисте как человеческом индивидууме, о его психологическом содержании, о его ограниченности и греховности, о его личных привязанностях, привыч­ках и увлечениях, даже о том, как он проводит свобод­ное время между спектаклями и съемками кино? Нам могут возразить нашими же словами, что талант ар­тиста - это умение перевоплощаться. Но сценичес­кое отождествление и единение не упраздняет инди­видуальных особенностей психического склада и всего нравственно-интеллектуального потенциала личности. Оно только на время опускает личностное в подсоз­нание, которое вовсе не остается инертным, а окра­шивает в свои цвета все действия артиста, весь образ, созданный им. Здесь отождествление артиста идет вов­се не с реальной личностью, а с созданным на основе фактов и воображения сценическим персонажем, де­тищем, а вернее, тенью самого артиста. Теперь на эк­ранах и на сценах появляется, как действующее лицо, артистка, играющая Деву Марию. Всесвятой для хри­стианина образ Матери Божией хотят сделать эффек­тным сценическим образом Христос единственный - Дева Мария тоже единственна. Она - Приснодева, Вечно-дева. Она выше страстей и аффективных чувств, а мы живем в страстях постоянно. Как может артист­ка войти в область небесных озарений души Божией Матери? Как проникнуться Ее чувствами?

По словам одного святителя: если соединить всю любовь Святых и Ангелов к Богу, то эта любовь будет ручьем по сравнению с морем - с любовью Девы Марии к Богу и Сыну Своему. Как артистка может показать эту любовь? Все старания, все ухищрения, все сценические приемы и медитации останутся фальшивкой. По преданию, даже демон не смеет принять вид Девы Марии - запрещено ему Богом лгать на Божию Матерь. Неужели артисту разреше­но то, на что не дерзает сатана?

По словам блаженного Иеронима - Бог, Который может сделать всё, однако не может женщину пре­вратить в деву. А тут на сцене хотят играть (т. е. услов­но стать Приснодевой) вчерашние джульетты и леди макбет. Да если бы даже они были самыми невинны­ми из современных девушек, то все равно между ними и Божией Матерью была бы дистанция больше, чем между самой преступной и самой целомудренной лич­ностью на земле. Поэтому игра в Божию Матерь мо­жет только вызвать у христианина такое же чувство содрогания, как осквернение иконы.

Может ли Библия стать киносюжетом? Слово Божие живет в своей духовной жизненной среде. Эта среда - Церковь. Вне Церкви Священное Писание оказывается лишенным нравственного смысла, искаженным и деформированным.

Христианин должен увидеть себя тем, кто он есть на самом деле, а артист должен увидеть себя тем, кто он не есть на самом деле. Путь христианина - познать бездну своего сердца в свете покаяния, путь артиста - представлять себя другим лицом через фантазию и медитацию. Вопрос: а вдруг совершится чудо и Господь даст артисту благодать, что будет тогда? Сможет ли он играть святого? Если артист в покаянии примет благодать, то он уже не будет менять свое лицо на другие лица. Благодать откроет ему его грехи и научит смирению. В святого он не сможет играть, т.к. познает глубоко свое недостоинство, а полученную благодать не выставит, как товар, в витрине. В героев страстных и чувственных он не захочет играть, чтобы не усвоить их состояний, не осквернить сопереживанием чужим страстям своего сердца. Средство восхождения души к Богу - молитва. Рождается или угасает в театре молитва - многие знают на своем опыте сами. Прейдя домой после театрального представления, станьте на молитву. Легко ли будет вам собрать ум воедино и устремить его к Богу. Что вы будете чувствовать после театра: душевный мир или опустошение? Что будет мелькать перед вашими глазами во время молитв, какой узор из театральных представлений сплетет вам наступающий сон? Присутствие кого будете вы ощущать у своей постели - Ангела или демона? События последних дней земной жизни Христа-Спасителя от­крывают перед нами, как бы в контрасте с божественным светом Христа, страшную фантасмагорию человеческой подлости и зла. Перед нами проходят демонические маски артистов истории, которые предают Христа на смерть.

Пилат - артист правосудия, он играет в достоинство римского судьи и тут же предает на смерть саму Истину. Иуда - актер, играющий в ученика Христа. Бывший апостол стал маской апостола, в сердце у него демон. Каиафа - артист религии, самый гнусный вид актерства. Он разыгрывает из себя благодетеля народа, главного представителя национальных интересов, защитника славы Божией и в то же время подготавлива­ет гнусное убийство и сам ищет лжесвидетелей - начинающих и еще неопытных актеров. В разъяренной толпе, ищущей Христа, саддукеи - артисты храма, которые не верят ни в безсмертие души, ни в вечную жизнь, но видят в религии источник своего благополучия. Среди толпы физиономии фарисеев. Это уже профессиональные актеры, которые хотят через игру в благочестие сделать народ благочестивым и религиозным. Они хотят служить истине ложью и, погрузившись в ложь, ненавидят Христа - Истину, пришедшую в мир. Христос принял на Себя удар мировой лжи, мирового греха и остался тем же - Истиной и любовью.

Во время апостолов были еретики-докеты, которые утверждали, что Христос пришел не в физическом, а в эфирном теле, поэтому жизнь и страдания Его иллюзорны. Церковь считала эту ересь губительной и гнусной.

Если бы Христос пришел только призрачно, то Его голгофская жертва была бы также призрачной, недостойной Бога театральным представлением и игрой. Поэтому «апостол любви» Иоанн Богослов говорит: «Кто не исповедует Христа, пришедшего по плоти, тот антихрист», потому что дух антихриста и сатаны желает показать Христа не истинным Спасителем, а артистом спасения, артистом в разыгранной на Голгофе мистерии. Апостол любви велит не приветствовать таких людей и не пускать их в свой дом.

Если для протестантского мира кинематографичес­кий шабаш стал чем-то привычным, то в православных странах псевдорелигиозные кощунственные фильмы встречают протест, иногда в резкой форме. Так, например, кинофильм «Последнее искушение» вызвал в Греции целую бурю негодования. «Это не Албания», - кричали греки. 6 ноября 1987года в Салониках собралось греческое духовенство и афонские монахи: 11 архиереев, 200 монахов и несколько тысяч народа. Они выразили протест греческому правительству по поводу появления на экранах фильмов, унижающих божественную личность и учение Иисуса Христа. Протест был принят и удовлетворен греческим правительством. Благодаря участию духовенства это выступление в Салониках прошло в организованной и мирной форме, между тем как в Афинах народное возмущение псевдорелигиозными фильмами доходило до разгрома кинозалов, где показывались эти фильмы.

Нам кажется, что скорее обезьяна может сыграть на сцене роль человека, чем артист показать через себя образ Христа.

Архимандрит Рафаил (Карелин)

`
ОГЛАВЛЕНИЕ
АРХИВ
ФОРУМ
ПОИСК
БИБЛИОТЕКА
A4 PDF
FB2
Финансы

delokrat.ru

 ABH Li.Ru: sokol_14 http://www.deloteca.ru/
 nasamomdele.narod.ru


Rambler's Top100