газета 'Дуэль' N 26 (271) 
25 ИЮНЯ 2002 г.
О ЛЕНИНЕ - ЯЗЫКОМ ДОКУМЕНТОВ
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
БЫЛОЕ И ДУМЫ
ПОЛИТИКА И ЭКОНОМИКА
ОТДЕЛ РАЗНЫХ ДЕЛ
ПОЕДИНОК
ТОЛЬКО ОДИН БОЙ
ИТАР-ТАСС
ДОЛОЙ УНЫЛЕ РОЖИ!

 

БЫЛ ЛИ ЛЕНИН НЕГОДЯЕМ?

ДА - Мерзавцы                                                        НЕТ - В. Мустянц

Каждый раз накануне определенных дат в «демократической» и
некоторой «патриотической» печати появляются статьи и
«научные» изыскания, в которых Ленин объявляется главным и чуть
ли не единственным виновником всех постигших Россию несчастий.
Обвиняют его в победе революции, поражении России, развязывании
Гражданской войны, заключении Брестского мира. Террор, пытки,
расстрелы - вроде бы не знала Россия всего этого до Ленина...

«Шпион»

«Немецкий шпион, получающий деньги из рук Вильгельма, прибывший в Россию в «пломбированном» вагоне с целью совершить переворот и отдать империю в руки Германии». Примерно так с подачи яковлевых, волкогоновых и прочих выглядит Ленин в головах дебильных обывателей.

И теперь, когда, казалось бы, открыты все архивы и можно публиковать все, что угодно, публикаций нет. С доказательствами у господ «демократов» что-то туго. Есть общие рассуждения, вот где-то в архивах не то французских, не то немецких что-то обнаружено, вот «есть расписка о выдаче денег» какому-то еврею, а он знаком с другим, который встречался с Лениным. Подобные «факты» услужливо подхватываются лакейскими СМИ и тиражируются на многомиллионную аудиторию. 8 ноября 1997 года Доренко в «Аналитической программе» делает очередное «открытие»: «Считается, что Ленин не покидал Финляндию, но вот французская разведка обнаружила документы... Вот телеграмма, где Ленин просит 2000, а еще лучше 3000, а кассир был связан с неким N, а тот в свою очередь имел фирмы и был немецкий шпион».

Что же касается немцев, очевидно, в германском генштабе - в отличие от советского образца 90-х - идиотов и предателей было мало. И естественно, что любая подпольная организация, любая партия, любой кружок, которые можно было использовать против России наверняка немцами негласно поддерживались и финансировались. Сейчас уже ни для кого не секрет и опубликованы документы об участии ЦРУ в создании и финансировании польского (и не только) профсоюза «Солидарность». Не раз газеты писали о финансировании другими государствами некоторых националистических партий. Целые телевизионные каналы оказались в руках заграничных попечителей, но обывателя больше волнует и возмущает то, что было 80 лет назад, чем то, что творится сейчас.

Но даже если допустить, что действительно партию большевиков финансировали немцы, Ленин четырежды гений. Во-первых, потому что не только обосновал теоретически, но и на практике доказал, что можно создать общество, в котором будет исключена эксплуатация человека человеком. Во-вторых, потому что сделал революцию в России на немецкие деньги, в-третьих и в-четвертых, потому что на немецкие же деньги сделал революцию в Германии и сбросил кайзера Вильгельма. Кстати, в 1914 году Ленина арестовали в Галиции по подозрению, что он... русский шпион. И только при содействии австрийских социал-демократов он был освобожден и выехал в Швейцарию.

Версия с «пломбированным» вагоном в действительности имела место. Но в представлении того же обывателя выглядело это примерно так. Кайзер вызывает Ленина, сует ему в руки пачки денег и велит отправиться в Россию делать революцию. Представители немецкого генштаба для маскировки сажают Ленина в закрытый вагон, обвешивают со всех сторон пломбами, а кайзер собственноручно пишет на вагоне: «Александру Федоровичу Керенскому до востребования от друга Вилли» и отправляет вагон в Россию. В России из-за неразберихи и беспорядков Ленин не то сбежал, не то его освободили разбойники-грабители, решившие, что в вагоне золото. Прибыв в Петроград, по немецким картам и планам он и сделал революцию.

И хотя и советские, и нынешние историки (в кавычках и без), говоря о «пломбированном» вагоне, подробностей не приводят, «вагон» имел место. В действительности дело обстояло так. «После победы Февральской революции в эмигрантской среде в Швейцарии возник план проезда в Россию через Германию путем обмена русских политэмигрантов на германских военнопленных. В.И. Ленин решил воспользоваться этим планом. Через секретаря Социал-демократической партии Швейцарии Ф. Платтена удалось получить пропуск на проезд через Германию. 27марта 1917 г. В.И. Ленин, Н.К. Крупская с группой эмигрантов выехали из Цюриха. На германской пограничной станции Готтмадинген им был предоставлен вагон, три двери которого были опломбированы, четвертая, задняя, была открыта. Около нее в купе находились два офицера германского командования, на полу коридора мелом была очерчена граница, через которую никто кроме Ф. Платтена, сопровождавшего группу русских эмигрантов, не мог переходить.

30 марта поезд прибыл на побережье Балтийского моря, эмигранты пересели с поезда на шведский грузовой пароход, который переправил их в шведский город Треллеборг, а оттуда поездом они прибыли в Стокгольм. В Стокгольме В.И. Ленин пробыл один день, организовал там Заграничное бюро ЦК РСДРП, встретился со шведскими социал-демократами и вечером выехал из Стокгольма. 2 апреля В.И. Ленин и его спутники переезжают на санях (финских вейках) по льду Ботнического залива от шведской границы к русской. С пограничной станции Торнео В.И. Ленин посылает телеграммы в Бюро ЦК РСДРП, в Петроград к сестрам и просит их сообщить о своем приезде в редакцию «Правды». 3 апреля на станции Белоостров В.И. Ленина и его спутников встречает делегация петроградских и сестрорецких рабочих, члены ЦК. Вечером этого же дня петроградские рабочие, солдаты и матросы устраивают торжественную встречу В.И. Ленину на Финляндском вокзале».

Закрывая тему о шпионаже, отмечу, что Временное правительство в свое время создало следственную комиссию по проверке версии о шпионаже Ленина в пользу Германии. Но, проведя громадную работу, следователи не нашли никаких доказательств и дело закрыли.

Мир

С легендой о «германофильстве» Ленина и его якобы шпионаже в пользу Германии связывают так называемый «Брестский мир», заключенный по настоянию Ленина.

Что же предшествовало подписанию «мирного договора», а по сути капитуляции перед Германией. Начавшись с выстрелов в Сараево, Первая мировая охватила практически всю Европу. Миллионы русских солдат были посланы царским правительством защищать чужие интересы. Голод и холод, тиф и холера сотнями тысяч косили крестьян, составлявших основу армии.

А в это время либеральная интеллигенция между балами и шампанским призывала царя вести войну до победного конца и водрузить крест над Святой Софией. Русский, да и немецкий мужик не понимал ради чего он проливает кровь, мерзнет в окопах, кормит вшей. К началу войны русская армия имела 1,1 млн. человек, а к 1916 году из армии дезертировало уже 1,2 млн. Едва ли не в первых рядах бежало или сдавалось в плен «доблестное» русское офицерство. Генерал-лейтенант Деникин в книге «Очерки русской смуты» писал: «Знаю размеры дезертирства и уклонения от военной службы, в чем повинна наша интеллигенция едва ли не больше, чем темный народ». На 13914 убитых офицеров и военных чиновников 14328 сдались в плен. «Организация, возвращающая русских из плена, имела в 1918 году списки на 3,9 миллиона пленных в лагерях Германии, Австрии, Турции и Болгарии». Секретариат ЦК в письме от 8 января 1918 года отмечал: «На фронте, как и вообще у нас на севере и в центре России, плохо дело с продовольствием и фуражом. Война немыслима уже по одному этому. У немцев дело обстоит не лучше... На фронте идет сплошной торг: наши несут хлеб, а немцы всякую всячину: бритвы, ножницы, электрические батареи, коньяк и т.д.»

Придя к власти, большевики встали перед дилеммой - продолжать войну и тем самым обречь на смерть сотни тысяч солдат или заключить мир с Германией, признавая унизительную капитуляцию.

Воевать хотела лишь Антанта. На чужой территории, до победного конца, до последнего солдата. Естественно, до последнего русского солдата. Главковерх Крыленко докладывал: «Англичане предлагают по сто рублей в месяц за каждого нашего солдата в случае продолжения войны». Подкуп и уговоры Антанта подкрепляла угрозами. Так, Англия требовала продолжения войны Советской России с Германией, в противном случае она угрожала усилением нашествия Японии. Не ограничившись этим, «союзнички» подталкивали к войне и Германию. На заседании военной секции РКП(б) отмечалось: «Имеются в этом направлении определенные сведения, что Антанта, не желая использовать свои силы - французские и английские войска, двигает германские и польские части против нас, пугая Германию, что советское правительство займет Восточную Пруссию и тем самым усилит движение коммунизма в Германии».

Ленин и большевики считали войну империалистической, захватнической и предрекали, что она закончится революцией и поражением обеих сторон, что, в конце концов, и случилось.

Сейчас по-разному трактуют высказывания Ленина по этому поводу. Подробно свою позицию Ленин изложил в письме к московским большевикам. Письмо, к сожалению, в архивах не найдено, но сохранилось письмо Бухарина Ленину, отправленное из Лозанны в январе 1915 года, где говорится: «Мы написали письмо, рассеивающее легенду о «германофильстве». Но, с другой стороны, очевидно, что «поражение России» толкуется как практический лозунг партии и вводит многих в заблуждение... «поражение России» для нас - и это нужно со всей силой подчеркивать - не является лозунгом, т.е. партийной директивой, влекущей за собой определенные практические действия, способствующие поражению... поражение России» есть положение, выражающее лишь объективный прогноз - и не более».

Как же принималось решение о заключении мира, что этому предшествовало? Представление об этом дают стенограммы заседаний и письма секретариата ЦК РСДРП(б), выступления и работы Ленина: «Сейчас все спасение не в открытом разрыве Брестского договора, а в умении лавировать среди сложившихся сложных международных ситуаций, благодаря противоположности интересов отдельных империалистических стран...» (В.И. Ленин).

«...Можем ли мы вести войну? На этот вопрос приходится ответить отрицательно, так как армии у нас нет, она дезорганизована, наступления немцев она не выдержит, а отступая, мы отдадим в руки немцев всю нашу артиллерию (за отсутствием фуража мы не сможем увезти артиллерию). Сдавая ее, мы открываем путь на Ревель и губим Петроград, а с ним вместе и социалистическую Российскую республику» (Письмо Секретариата ЦК 11 января 1918 г.)

«...Условия, которые предложили нам представители германского империализма, неслыханно тяжелы, безмерно угнетательские, условия хищнические. Германские империалисты, пользуясь слабостью России, наступают нам коленом на грудь. И при таком положении мне приходится, чтобы не скрывать от вас горькой правды, которая является моим глубоким убеждением, сказать вам, что иного выхода, как подписать эти условия, у нас нет» (В.И. Ленин на заседании ЦК 24 января 1918 г.).

Необходимо отметить, что в ЦК по поводу заключения мира не было полного единодушия. На заседании ЦК 21 января за тезисы Ленина о заключении сепаратного мира проголосовало всего 15 человек, 32 поддержало позицию «левых коммунистов» во главе с Бухариным (отказ от мира, ведение революционной войны), 16 голосовали за позицию Троцкого (объявление войны прекращенной, отказ от подписания мира и демобилизация армии).

Но дальнейшие события показали, что война невозможна, народ устал и жаждет мира.

Советник президента США Вильсона, эксперт по внешней политике А.Кулидж в докладе Госдепартаменту писал: «Нельзя закрывать глаза на тот факт, что народные массы России жаждут установления мира почти любой ценой».

Об этом же говорилось в письме секретариата ЦК от 3 марта: «По тем сведениям, которые имеются в нашем распоряжении, ясно, что большинство рабочих крупных центров и крестьянство стоят за мир, а мелкие города - за революционную войну».

1918 год, февраль. Совещание с представителями воинских частей подтвердило - армия развалилась, продолжение Войны привело бы не только к падению Советской власти, но и России. 25 февраля Совнарком направил запрос всем местным Советам, проведя своего рода референдум. Из 500 Советов всех уровней большинство высказалось за мир.

8 марта VII экстренный съезд 30 голосами против 12 принял резолюцию: «Съезд признает необходимым утвердить подписанный Советской властью тягчайший, унизительнейший мирный договор с Германией».

Бездоказательно обвиняя большевиков в пособничестве немцам, почему-то умалчивают о сотрудничестве с иностранными державами белых. Эти «патриоты» России готовы были сотрудничать с кем угодно: с Антантой (Деникин), с японцами и чехами (Колчак), с поляками и румынами (Врангель), с эстонцами (Юденич).

А так любимый современными бряцающими шпорами и трясущими эполетами ряжеными генерал Краснов просил помощи у немцев на условии отторжения Донской Области от России в пользу Германии, за это презираем был теми же белыми офицерами. В эмиграции ему руки никто не подавал. Во время Великой Отечественной войны этот «Рыцарь Русской Правды» воевал вместе с эсэсовцами против своих, за что был справедливо наказан...

«Грабитель»

Война и разруха сделали свое дело, страну охватил голод. Особенно остро он чувствовался в городах. Миллионы рабочих, их семьи пухли от голода. В Петрограде норма на одного работающего достигала 1,2 кг хлеба в месяц. В стране, зажатой в кольце блокады, под угрозой оказались жизни миллионов, хлеб необходим был для армии, для защиты революции. Единственным выходом было взять хлеб в деревне, там, где еще были большие запасы.

«...Мы, будучи в осажденной крепости, не могли продержаться иначе, как применением разверстки, т.е. взять все излишки у крестьян, какие только имеются, взять иногда даже не только излишки, а и кое-что необходимое крестьянину, лишь бы сохранить способной к борьбе армию и не дать промышленности развалиться совсем», - писал Ленин.

Хотя продразверстка и была крайней и жесткой мерой, но не была она, как пишут, изобретением большевиков, а была введена 29 ноября 1916 года царским правительством. (Для сравнения: в 1917-1918 г.г. большевики заготовили 30 млн. пудов хлеба, в 1918-1919 - 110 млн. пудов, 1919-1920 - 260 млн. пудов. А заготовки царского правительства составили в 1914-1915 - 302 млн. пудов и в 1917 году - 772 млн. пудов , т.е. в три (!) раза больше). Хлебную монополию узаконило в марте 1917 года и Временное правительство. Осенью 1917 года оно же направило воинские команды в деревни для изъятия продовольствия. И если продотряды Временного правительства основной упор делали на изъятие хлеба у бедноты, то большевики изымали хлеб у кулаков и делились этим хлебом с бедными.

«При проведении хлебной монополии - признать обязательными самые решительные, ни перед какими финансовыми жертвами не останавливающиеся меры помощи деревенской бедноте и меры дарового раздела между нею части собранных излишков хлеба кулаков, наряду с беспощадным подавлением кулаков, удерживающих излишки хлеба» (В.И. Ленин. «Тезисы по текущему моменту»).

Естественно, на местах при проведении продразверстки допускались насилия и перегибы.

Ленин всегда был сторонником жесткой линии к врагам и категорическим противником насилия над крестьянином. «Военный коммунизм» был вынужден войной и разорением. Он не был и не мог быть отвечающей хозяйственным задачам пролетариата политикой. Он был временной мерой».

И во время гражданской войны и после ее окончания Ленин постоянно подчеркивал, что в отношении с крестьянином необходимо соблюдать принцип добровольности и согласия: «Уметь достигать соглашения со средним крестьянином - ни на минуту не отказываясь от борьбы с кулаком и прочно опираясь только на бедноту - это задача момента...» (20 ноября 1918 г.).

После победы в Гражданской войне тон высказываний Ленина изменился. Та же жесткость, но уже к товарищам по партии: «Нет ничего глупее, как самая мысль о насилии в области хозяйственных отношений среднего крестьянина»... «учиться у крестьян способам перехода к лучшему строю и не сметь командовать!» «При объединении крестьянских хозяйств необходимо соблюдать принцип добровольности. Нужно крестьянина убеждать и нужно убеждать практически».

«Богоборец»

Аналогичны отношения Ленина с церковью и духовенством. Вначале церковь как бы присматривается к новой власти. Затем, почувствовав угрозу материальному благополучию, церковь начинает проводить агитацию против большевиков. К середине 1918 года агитация резко усиливается, что не осталось незамеченным большевиками. На заседании ЦК под председательством Ленина отмечается «... в последнее время усилилась агитация духовенства против Советской власти». Здесь же принимается «жесткое» решение: "Решено провести против духовенства усиленную письменную агитацию" (Протокол заседания ЦК РКП(б) от 19.05.1918 г.).

Пока шла война, большевикам было не до духовенства. После войны ситуация резко меняется. Страна разорена полностью. Все, что можно, разграблено, вывезено отступающими «господами» и их зарубежными «союзниками», что нельзя было вывезти - разрушено.

Перед большевиками и Лениным дилемма - страну надо восстанавливать, народ и армию кормить. Золотой запас частично вывезен за границу, частично разграблен. Кредиты молодой державе не дают, а в это время в монастырях и церквях сосредоточены громадные ценности, изъятые у того же народа. В письме к В.М. Молотову Ленин пишет: «Нам, во что бы то ни стало, необходимо провести изъятие церковных ценностей самым решительным и самым быстрым образом. Без этого фонда никакая государственная работа, никакое хозяйственное строительство совершенно немыслимы. Все соображения указывают на то, что позже сделать нам этого не удастся, ибо никакой иной момент, кроме отчаянного голода, не даст нам такого настроения широких крестьянских масс».

Естественно, церковь активно сопротивлялась. Деньгами и оружием поддерживала подпольные террористические группы, подбивала верующих на антисоветские выступления. Такие выступления произошли в Петрограде у Казанского собора, у церкви Скорбящей божьей матери, Владимирского собора на Петроградской стороне, Покровской церкви на Боровой и т.д. Были избиты члены комиссий и отдельные граждане, пытавшиеся успокоить толпу, имелись раненые. В городе Шуя комиссию встретили камнями и поленьями. Для успокоения толпы прибыли красноармейцы. Из толпы раздались выстрелы. В завязавшейся перестрелке погибли 4 человека, 10 были ранены. К вечеру были произведены аресты. На судебном процессе выяснилось, что выступление было подготовлено заранее рядом священнослужителей, купцами, эсерами и др. 11 человек, главные организаторы кровопролития, были приговорены к высшей мере, ряд выступавших получили от 1 года до 5 лет заключения, 14 человек были освобождены от наказания. По ходатайству того же духовенства 6 человек из 11 приговоренных к высшей мере были помилованы.

В постановлении Политбюро ЦК РКП(б) от 18 мая 1922 года говорилось: «...Смягчение наказания шести осужденным обосновывалось исключительно соображениями о возможности с наименьшим ущербом для существа приговора, справедливого по отношению ко всем 11-ти, пойти максимально навстречу ходатайству прогрессивного духовенства».

Активная работа части духовенства, подбивающих народ на антисоветские выступления, поддержка в том числе деньгами и оружием подпольных террористических группировок, укрытие громадных ценностей, когда в стране царил голод, вызывали ответные меры: «...изъятие ценностей, в особенности самых богатых лавр, монастырей и церквей, должно быть проведено с беспощадной решительностью, безусловно, ни перед чем не останавливаясь и в самый кратчайший срок. Чем большее число представителей реакционного духовенства и реакционной буржуазии удастся нам по этому поводу расстрелять, тем лучше».

Сейчас, сидя в кресле у телевизора, легко осуждать подобные высказывания, но тогда ситуация требовала жестких и решительных мер. Страну необходимо было спасать от голода, восстанавливать после разрухи.

Приводя как доказательство жестокости Вождя революции его высказывания типа «посадить», «расстрелять», «повесить», почему-то умалчивают о том, как выполнялись подобные «указания». Сколько и где расстреляно, кого и за что повесили, многих ли утопили, четвертовали, сожгли по приказу Ленина. А ведь такие «грозные приказы» можно встретить у Ильича повсеместно.

Друг чекистов

В октябре 1921 года Нарком иностранных дел Чичерин жалуется Ленину на произвол чекистов. В Армавире, Туапсе, Новороссийске чекисты арестовывают дипломатов, вскрывают дипломатическую почту, проводят обыски.

В ответ грозное: «...арестовать паршивых чекистов и привезти в Москву виновных и их расстрелять». В конце письма вообще ужасное: «подвести под расстрел чекистскую сволочь».

Казалось бы, бежать «паршивым чекистам» без оглядки или, на худой конец, слезно вымаливать прощение, но «чекистская сволочь» невозмутимо ждет своей участи. Решение было «суровым». Чекистов приговорили к... двухнедельному изучению инструкции. Не менее грозное наказание «светит» Наркому просвещения: «за срыв монументальной пропаганды - Луначарского следует повесить».

Ну а в письме, написанном в 1921 году Петру Богданову, Ильича вообще «занесло»: «Коммунистическую сволочь» следует сажать в тюрьму, а нас всех и Наркомюст, сугубо, надо вешать на вонючих веревках».

Почему-то до сих пор не найдены тела повешенных на «вонючих веревках», спокоен был Луначарский, переживший Вождя почти на 10 лет. Да и писались все эти грозные фразы скорее для устрашения, чем для исполнения.

И когда кого-то надо было помиловать, избавить от ареста или наказания, обращались не в ЧК, не в Политбюро, а лично к Ленину.

В мае 1919 года ЧК арестовала ряд экспертов-искусствоведов. В защиту экспертов выступил Горький. В письме, отправленном Зиновьеву, он писал:

«Сегодня арестована целиком составленная мною по поручению Луначарского коллегия по экспертизе вещей датского поданного Блюма... Я покорно прошу освободить арестованных экспертов, ибо их арест - глупость или нечто худшее».

Ответ Зиновьева: «...Арестов производится, действительно, очень много. Но - что делать? Против нас оперируют граф Пален, Бенкендорф, ген. Родзянко, имеющие массу агентов и шпионов в Питере. А кормит и холит их, конечно, Антанта, которая тоже имеет немало здесь агентов.

...Я сам в такие дни испытываю самые тяжелые чувства. Но - бороться надо, во что бы то ни стало».

Однако Горький не успокаивается и пишет письмо на этот раз Ленину, где просит освободить арестованных интеллигентов, связанных с партией кадетов.

«Дорогой Алексей Максимович, - пишет В.И. Ленин, - ...и до Вашего письма мы решили в Цека назначить Каменева и Бухарина для проверки ареста буржуазных интеллигентов околокадетского типа и для освобождения кого можно».

И это при том, как писал далее Ленин, «...что околокадетские профессора дают сплошь да рядом заговорщикам помощь. Это факт». Не ограничившись ответом Горькому, Ленин собирает специальное заседание Политбюро ЦК РКП(б) в сентябре 1919 г. Политбюро принимает постановление: «Предложить т.т. Дзержинскому, Бухарину и Каменеву пересмотреть совместно списки и дела арестованных во время последних массовых арестов. Разногласия по вопросу об освобождении тех или других арестованных вносить в ЦК».

После постановления Политбюро дела арестованных начали пересматриваться. Уже через неделю были освобождены профессор С. Сазонов, левая эсэрка Шкловская-Дворецкая и ряд других интеллигентов.

В этом же году Советское правительство и Верховный революционный трибунал при ВЦИК освободили от суда и наказания всех членов тех политических групп и партий, которые объявили об отказе от вооруженной борьбы с Советской властью.

Неугомонный Алексей Максимович не раз обращался к Ленину по разным вопросам, и всегда Владимир Ильич внимательно рассматривал всевозможные, даже самые незначительные прошения, если необходимо, ставил вопрос в ЦК или решал сам. Решение как правило было положительным.

Точно также реагировал Ленин на просьбы рядовых граждан. В январе 1921 года прихожане церкви при Военно-медицинской Академии Петрограда просят отменить распоряжение о ликвидации церкви.

«Т. Красиков! - пишет Ленин члену коллегии Наркомюста. - Удобно ли, даже при особых условиях, превращать церковь в клуб? Есть ли налицо какие-либо особые условия? Не лучше ли отменить и вернуть церковь?»

«Расказачиватель»

Отношение Советской власти к казачеству. Эта тема периодически появляется на страницах печати, в том числе и «патриотической». Однако, когда знакомишься с документами, относящимися к данной теме, понимаешь, что не все, а если быть точнее, все обстояло совсем не так, как это трактуется сегодня.

Большевики вели среди трудового казачества большую пропагандистскую работу. Трудовому крестьянству и казачеству были переданы офицерские, церковные и монастырские земли, а также земли войскового запаса, за трудовыми казаками сохранялись их наделы.

Несмотря на это, казаки продолжали колебаться в выборе окончательной линии и в своих действиях метались между восстанием против Деникина и предательскими ударами в спину Красной Армии.

Казаки-середняки, не приемля Деникина, тем не менее пытались договориться с ним посредством Всеказачьего круга. Однозначно против Советской власти выступили верхи казачества и станичное кулачество.

К началу 1919 года, разуверившись в красновском режиме, все больше казаков-середняков стали переходить на сторону Советской власти. Ленин не раз подчеркивал: «...Основная масса казачества рассматривается нашей партией не как классовые враги, а как возможные союзники и друзья».

Однако действия органов власти, особенно на местах, оттолкнули, а затем и озлобили казаков. Громадный вред нанесла политика «расказачивания», в процессе которой репрессиям подвергались все без исключения казаки, участвовавшие в антисоветских выступлениях. Не были также приняты во внимание сословные традиции и обычаи казаков.

Такие действия обострили отношения казаков с властями. Середняцкие массы донских казаков стали вновь переходить на сторону белых. На Дону стали вспыхивать антисоветские мятежи, участились антисоветские выступления.

По указанию Ленина с целью исправления ошибок в ЦК РКП(б) были разработаны «Тезисы о работе на Дону». Вот некоторые отрывки из «Тезисов» и постановлений ЦК РКП(б), разработанных под руководством Ленина:

«Мы строжайше следим за тем, чтобы продвигающаяся вперед Красная Армия не производила грабежей, насилия и прочее, твердо помня, что в обстановке Донской области каждое бесчинство красных войск превращается в крупный политический факт и создает величайшие затруднения».

«Необходимо ясное и настойчивое проведение в агитации и на практике той мысли, что мы не приневоливаем к коммуне».

«Ввиду явного раскола между северным и южным казачеством на Дону и поскольку северное казачество может содействовать нам, мы приостанавливаем применение мер против казачества и не препятствуем их расслоению».

«...члены Донского ревкома, игнорируя указания ЦК партии, придерживались старой линии «разказачивания» и этим нанесли серьезный вред Советской республике».

«Столь же демонстративный характер нужно придавать расправе над теми лжекоммунистическими элементами, которые проникнут на Дон при его освобождении и попадутся в каких-либо злоупотреблениях против казачества».

Своевременные меры, принятые ЦК и правительством, изменили обстановку. Казаки-середняки снова стали переходить на сторону Советской власти...

г. Луганск

`
ОГЛАВЛЕНИЕ
АРХИВ
ФОРУМ
ПОИСК
БИБЛИОТЕКА
A4 PDF
FB2
Финансы

delokrat.ru

 ABH Li.Ru: sokol_14 http://www.deloteca.ru/
 nasamomdele.narod.ru


Rambler's Top100