газета 'Дуэль' N 13 (259) 
26 МАРТА 2002 г.
ПРОКУРОРСКО-СУДЕЙСКАЯ БАНДА
ПЕРВАЯ ПОЛОСА
БЫЛОЕ И ДУМЫ
ПОЛИТИКА
ФАКУЛЬТЕТ ПРАВА
ФАКУЛЬТЕТ ПРАВА
ИСТОРИЯ
КУЛЬТУРА И КУЛЬТПАСКУДСТВО
ИНФОРМАЦИЯ И РАЗМЫШЛЕНИЯ

 

БАБЬЯ МОРДА БЕЗЗАКОНИЯ

Предупрежден - вооружен

Так уж получилось, что последнее время мы публикуем очень много материалов по вопросам правосудия и законности. Этот мой материал тоже об этом, но рассмотреть я хотел бы его в несколько ином аспекте.

Те, кто читал мою книгу «Наука управлять людьми...», поймет меня легче, а тем, кто не читал и не собирается этого делать, поясню, что существует два способа управления людьми: бюрократический и делократический. Любая организация должна делать Дело - то, что нужно другим людям. Управлять ею можно двояко: подчинить всех Делу, которое обязана делать эта организация, или подчинить всех начальникам (бюро), которые этой организацией управляют.

Чисто делократически управляются частные бизнесмены, не имеющие над собой начальства (в силу этого), и некоторые умные армии, но только во время войны, когда у этих армий есть Дело - враг, которого нужно уничтожить. Все остальные находятся под бюрократическим управлением.

Ну и зачем нам знать всю эту галиматью? - спросите вы меня.

Штука в том, что ваши заботы очень часто бывают Делом государственных и частных организаций. Вы обращаетесь в эти организации, чтобы свое Дело решить. Так вот, способы решения вами вашего Дела должны быть различными и зависеть от степени обюрокраченности той организации, куда вы обратились. Если эта организация еще хоть как-то обращает внимание на порученное ей Дело, то тогда с чиновниками можно говорить о Деле, но если эта организация обюрокрачена глухо, то тогда о Деле говорить даже вредно, в этом случае лучше напирать на нарушение этим чиновником указаний его начальства (бюро) - различных законов, указов, распоряжений, инструкций. 100% гарантии, конечно, никогда не будет, поскольку люди бывают разные и даже в навозной куче можно найти жемчужное зерно, но в целом лучше заранее знать, что и в каких случаях разумнее всего предпринять.

Понять степень обюрокраченности организации можно только после того, как поработаешь с ней. Но, во-первых, не всем это доступно: обычные люди чаще всего являются не партнерами, а просителями, а, во-вторых, когда поймешь, то бывает уже поздно. Поэтому полезно с самого начала хоть как-нибудь оценить в какую организацию вы попали. Вам, возможно, будет смешно, но проще всего оценить степень обюрокраченности по половому признаку.

Если в данной организации много мужчин или они там хотя бы заметны, то не исключено, что в этой организации можно говорить и о Деле. Но если в этой организации мужчин не видно, то пишите «пропало» - в этой конторе плевать хотели и на ваше, и на свое Дело.

Еще раз подчеркну и обращу ваше внимание - речь идет не о поле отдельного клерка или чиновника. И женщина вполне решит ваше Дело, если вся организация не сильно обюрокрачена. Речь идет о полном кадровом составе данной конторы, о процентном отношении женщин на ответственных постах ко всему штату.

Вопрос бросается в глаза

Между тем эта проблема стала видна уже и неспециалисту. Недавно в «Русском журнале» в Интернете появилось несколько работ, авторы которых пытаются понять происходящее. Так, к примеру, Д. Бересков пишет:

«Как-то так получилось, что не только в судах, но и в большинстве других бюрократических структур России всеми делами заправляют исключительно женщины (кстати, по большинству параметров суды наши мало чем отличаются, кажется, от прочих присутственных мест, как и больницы, поликлиники, школы). В Главках и Министерствах, в Фондах и в ПРЭО, во всяческих Службах, Инспекциях, Комитетах основными исполнителями являются в подавляющем большинстве женщины, что делает эти бюрократические механизмы исключительно надежными, устойчивыми, безотказными. И это губит нашу страну, поскольку, как известно, женская природа направлена на закрепление приобретенных признаков, на противостояние любым изменениям, на отторжение всего нового, малознакомого, неясного. Изнутри системы управления, в которой преобладают женщины, никогда не выйдет ничего оригинального, свежего, нестандартного. Конечно, бывают исключения, но речь не о них.

...Говорят, наши недостатки - продолжение наших достоинств. Свойства женской психологии сами по себе не являются ни достоинствами, ни недостатками. Именно советско-коммунистическая тоталитарная система опытным путем определила чрезвычайную пригодность женщин для обеспечения бесперебойной работы бюрократической машины. Система мобилизовала контингент - послушный, с высоким средним уровнем интеллекта, способный к самоорганизации и, что очень важно, неприхотливый и не угрожающий ничьим политическим амбициям. Контингент этот на своих местах, машина работает, ничего не изменилось».

В этом же журнале В. Абрамкин уточняет Д. Берескова: «Жестокость нашего правосудия происходит от того, что оно женское: 60% наших судей - женщины. Такого нет ни в одной другой стране мира! Самые жестокие приговоры женщины-судьи выносят малолеткам и женщинам. Самые мягкие - мужчинам-рецидивистам».

В развитие мысли Берескова напомню о том, о чем со мною яростно не соглашаются феминистки: мужчины и женщины - очень разные люди, и у них способности сильно различаются. Я веду речь о различии способностей, а не о том, что их у мужчин больше. У нас способностей поровну, просто они разные.

Мужчина способен к быстрому анализу новых ситуаций и к принятию по ним новых решений. Это его работа, такая работа ему в кайф. Женщина на такой работе чувствует себя некомфортно, ее любимая работа - совершенствование известных решений. Речь идет о средних мужчинах и женщинах, разумеется, всегда бывают и крайние случаи, когда мужчина обладает женским складом ума и психики, а женщина - мужским. Но в целом это различие незыблемо.

Вот, скажем, есть вид спорта, в котором физическая сила совершенно не нужна, но требуется способность к быстрому анализу - шахматы. Уверен, что найдутся тысячи женщин, даже любительниц, которые без труда выиграют у меня десятки партий подряд, тем не менее, даже самые тупые из феминисток не требуют проводить смешанные женско-мужские чемпионаты по шахматам ввиду абсолютной предсказуемости результатов. В чем мы, мужчины, сильны, в том сильны.

В то же время есть масса работ достаточно творческих, которые мужчина просто не выносит, как бы много вы ему за эту работу ни платили.

Мой личный пример. Когда-то у меня в подчинении была и очень большая аналитическая химлаборатория, которая делала до 3 млн. анализов (определений количества химического элемента в сплаве) в год. Методы, приемы того, как провести тот или иной анализ, разрабатывала специальная группа инженеров-химиков. Лаборантам нужно было очень точно эти методы воспроизводить: отвесить сотню проб с точностью до 0,001 г, отмерить несколько сот порций растворов с точностью до 0,1 миллилитра, оттитровать растворы сотню раз так точно, чтобы ошибка анализа не вышла за пределы допустимого. При этом в числе проб обязательно было и несколько штук таких, которые этот лаборант уже анализировал раньше, но зашифрованных, неизвестных ему. Лаборант обязан был эти пробы снова проанализировать и получить прежний результат. Иначе - снятие премии, снижение разряда, перевод на другую работу. И мои умницы делали эту сумасшедшую по кропотливости работу в огромных объемах и не ошибались. Причем, настоящее умение, как и везде, приходит с опытом, и лучшие лаборанты, как правило, имели 10-15 лет стажа. Но были и молодые женщины, которые в несколько лет добивались выдающихся результатов, а это говорит о том, что в женской работе, как и в мужской, требуется талант. Между тем мужчина любой из этих анализов сделал бы запросто и очень точно. Один анализ. Сорок анализов в смену он, хоть ты его убей, сделать не сможет - ошибется уже в первом десятке.

Высший разряд на заводе был 7-й, мои лаборантки имели 5-й, масса мужчин на заводе, работая на улице, имели 4-й или 3-й. Лаборантки работали в белых халатах, большую часть смены - сидя, зимой - в тепле, летом - под кондиционером и получали больше, чем водители автоцеха. Но за всю историю завода лаборантом не работал ни один мужчина, а женщина-профессионал за рулем была единственная на весь город - возила на «Москвиче» главврача больницы.

Вот эти наши умственные и физические различия дают возможность соединения в труде: мужчина должен быть вне и непосредственно соприкасаться с непрерывно меняющимся Делом, а женщина должна быть внутри организации, совершенствуя уже отработанные мужчиной приемы. Образно говоря, мужчина должен подобрать прием, которым он отловит и завалит конкретного мамонта, а женщина должна его разделать так, чтобы котлет получилось как можно больше. Такое разделение даст возможность работать с удовольствием и мужчине, и женщине. Смена ролей, даже при одинаковой силе обоих, будет морально тяжела для женщины и до тошноты неинтересна мужчине. Женщина будет мучиться, что она не за тем мамонтом погналась, не тот топор взяла, не по тому уху бьет, и в результате семья останется голодной. Не скрасит моральной тяжести даже победа, которая будет казаться случайной, а потому неубедительной.

Но вот появился начальник

Это различие было понятно до тех пор, пока средства существования давал убитый мамонт, а не начальник, который вместе с зарплатой спускает и инструкции, что нужно делать, чтобы зарплату получить. Вот после этого любая бюрократическая работа стала женщине по плечу и в кайф. Плевать на то, делается Дело или нет, главное - выполнять указания начальника и получать от него деньги. Никакого тебе анализа Дела, никакого поиска решений по нему. Но вспомним, такая работа и атмосфера для мужика биологически невыносима.

Смотрите. Делом школы является обучение ребенка пользованию знаниями. Пока в школе была возможность учить всех и каждого так, как считает нужным учитель, в школе было полно мужчин. Была возможность самому проанализировать Дело, самому принять решение - чем не работа для мужчины? Но как только в 1956 г. скромная контора превратилась во Всесоюзную Академию педагогических наук, которая стала спускать учителям инструкции как учить детей, работа школьного учителя превратилась в тарахтение на уроке предусмотренных академической методикой слов и выслушивание от ученика этих слов на экзамене. Мужчины (да и женщины) стали покидать школу и никакими деньгами их невозможно было удержать. Школу стали заполнять бабы. В начале 80-х у нас в городе зарплата учителя была 250 руб., а средняя зарплата по нашему (металлургическому!) заводу - 202 руб., в семи школах города уже не работал ни один мужчина. (Вернее, был один директор, да и тот зарубил свою жену и сел).

То есть, нельзя представлять дело так, что как только в организацию пробираются женщины, то она становится тупой, бюрократической конторой, плюющей на свое Дело. Или, как это считает Бересков, что это коммунистические тоталитаристы специально заполонили конторы бабами, чтобы ими легче было управлять. (На самом деле управлять женщинами очень непросто, мужчины по сравнению с бабами просто ангелы).

Женщины здесь вторичны. Сначала сверху организация превращается в тупую бюрократическую контору (а иногда она и сразу такой создается), затем из нее уходят мужчины, а освободившиеся места занимают женщины. Это не их вина, это наша общая беда.

Сначала были мужчины

Поговорив о том и о сем, пора подойти и к российскому, так сказать, правосудию, к нашим независимым судам.

Если вы вспомните то, что вы читали о судах и судьях хотя бы в «Дуэли», то заметите, что начиная с перестройки в числе упоминаемых судей стало вопиющим отсутствие мужчин. До статьи Минкина я, к примеру, не могу вспомнить в сотнях дуэльских статей ни одного упоминания о судьях-мужчинах, если это не судьи Верховного Суда. Все наши суды стали сугубо бабскими. О чем это должно нам говорить? Правильно, о том, что наши суды полностью забюрокрачены и что для судей их Дело - правосудие - уже давно не имеет никакого значения.

Началось обюрокрачивание судов после Сталина, когда от судей стало требоваться выносить не тот приговор, который определяет закон, а тот, который намечает партноменклатура. При Сталине такого не было, при Сталине судьи обязаны были подчиняться только закону, что и немудрено, поскольку Сталин не допустил бы, чтобы кто-либо в стране, а тем более судьи, не исполняли им же разработанной Конституции. К примеру, когда требуется показать «беззаконность сталинского режима», часто вспоминают о некоем бывшем работнике ГПУ, «старом большевике» Кедрове, который незадолго до войны был обвинен в измене и представлен на суд. Коллегия Верховного Суда его оправдала, однако НКВД коллегу из-под стражи не освободил, и тот был расстрелян после начала войны, когда вся полнота власти в стране перешла в руки Государственного Комитета Обороны. В данном случае обратите внимание не на то, что Кедров был расстрелян, а на то, что судьи выразили мнение, коренным образом отличающееся от мнения высшей власти страны. К независимости сталинских судей мы еще вернемся, а сейчас продолжим бабскую тему.

Правление Хрущева началось подлым убийством Берии, это убийство, а также убийство тех невиновных, которые якобы составляли «банду Берии», было покрыто судьями. Судьи начали становиться главными участниками откровенного беззакония. Они своими приговорами убивали тех, кого не имели права приговаривать к смерти по закону, например, придавали законам обратную силу - применяли наказание, которое не было предусмотрено на момент совершения преступления. Начиная от Хрущева, судьи перестали руководствоваться законом и совестью, их законом и совестью стал партаппарат, а конкретно - мнение прокурора. Руководимая мудрой партией прокуратура не может ошибаться, следовательно, тот, кого прокуратура представила на суд, должен быть осужден.

А в чем работа судьи? Судья должен проанализировать улики по делу и принять собственное правосудное, законное решение. Это сугубо мужская работа. Но если ты должен принимать то решение, которое требует прокурор, если твой личный анализ никому не нужен, то как же мужчина (да и множество женщин) может на такой работе работать? Такую работу с удовольствием делает только баба.

Мужчины стали уходить из судей, и суды стали раем бабской подлости и спеси.

На суде над Андреем Соколовым баба-прокурор заявила, что она, дескать, и в СССР много раз отказывалась от обвинения (что ведет к оправданию подсудимого), если видела, что подсудимый невиновен. Это обычная бабская подлая брехня. Дело в том, что в перестройку одним из основных козырей перестройщиков было то, что советские суды никогда не выносили оправдательных приговоров. Это был факт. Но это уже был и не тот СССР, который строил Сталин.

После начала Великой Отечественной войны жизненно важно для страны было ужесточение дисциплины, следовательно, от судов требовалось ужесточить карательную политику. В июле-августе 1941 г. судебная коллегия Мосгорсуда рассмотрела по 1-й инстанции дела 157 обвиняемых. 116 были осуждены (5 - к расстрелу). На 14 человек были прекращены уголовные дела, а 27 человек оправдано из-за отсутствия «достаточных улик». И судьям было плевать, что этих людей считают преступниками НКВД и прокуратура, судьи подчинялись закону, и сами решали виновен человек или нет.

При Сталине судья сам обязан был анализировать дело, поэтому судьями были мужчины, а в стране было правосудие. Это не могло не сказываться и на преступности. Несмотря на то, что судьи сталинского СССР оправдывали чуть ли не каждого пятого, число убийств в 170-миллионном СССР в последнем предвоенном 1940 г. составило 6549 случаев. В 2001 г. в 148-миллионной осчастливленной цивилизацией и демократами России при почти поголовно бабском составе судов и прокуратуры число убийств превысило 30 тысяч, хотя суды по-прежнему практически никого не оправдывают.

Вот эти 30 тысяч убитых сограждан - это материальный результат «правосудия бабья». Вернее того, что в России нет правосудия.

Ирина Давидовна, тоже судья

Я начал писать эту работу не для того чтобы предварить статистический материал по Мосгорсуду, а чтобы показать, почему я считаю этот материал убедительным. расскажу о собственной практике общения с судейским бабьем.

В позапрошлом году у меня появился удобный и необременительный предлог лично познакомиться с московским правосудием. Дело в том, что историк Анфилов написал в «Независимой газете» рецензию на сборник статей из «Дуэли» «Война и мы». Я на эту его статью дал ответ и в «Дуэли», и во втором томе сборника «Война и мы». Но Анфилов в своей «рецензии» приписал мне слова, которые я не говорил, а это клевета. Следовательно, у меня с точки зрения закона появился железный предлог заставить «Независьку» опровергнуть Анфилова. Добровольно она отказалась это сделать, и я написал и послал в суд иск.

Правда, чистоты эксперимента не получилось: иск должен был рассматривать Мещанский суд, а он среди юристов слывет в Москве клоакой, т.е. это суд с самыми подлыми судьями. Мне бы надо было попасть в лучший суд Москвы или хотя бы средний по подлости, чтобы потом знающие люди не говорили: «А, так ведь это Мещанский!» Но выбирать я не мог, иск к «Независьке» должен был рассматривать судья именно из этой клоаки.

Дело тянулось долго, но и у меня хватало дел и спешить было некуда, в конце концов через год было назначено судебное слушание у судьи Макаровой Ирины Давидовны. Прихожу в суд, на двери расписание: мое и еще два дела слушаются первыми в 9.45, а четвертое - в 10.00. Пришла адвокатесса «Независьки» и привела за собой Анфилова. Зашла к судье, они о чем-то пошушукались минут 5, и Ирина Давидовна, «ее честь», начала слушать мое дело первым.

Мне в жизни довольно часто приходилось читать лекции и рабочим, и интеллигенции, и я по глазам присутствующих вижу (это нетрудно), слушают они меня или нет. Ни Ирина Давидовна, ни адвокатша ни меня, ни Анфилова не слушали: вежливенько сидели, ожидая, когда мы закончим. Судья не задала ни одного вопроса по сути дела, а адвокатесса задала пару вопросов (ей-то молча сидеть вообще было бы неприлично), впрочем, не интересуясь моими ответами. Затем Ирина Давидовна пошла посовещаться сама с собой и, выйдя, объявила свое решение: в иске отказать.

Первая реакция: а может быть, эта Давидовна дура? Дебильное дитя, которую папа пристроил на юридический факультет, а потом в суд? Нет, ничего подобного. Как человек она достаточно умна: она умышленно вынесла неправосудное решение - решение, которое противоречило фактическим обстоятельствам дела. Ведь на мое требование указать из каких моих статей взяты цитаты в «рецензии» Анфилова ни он, ни адвокатесса ничего ответить не смогли, т.е. клевета была доказана, и Давидовна это поняла даже сонная.

И, совершая уголовное преступление, предусмотренное ст. 305 УК РФ, - вынося по делу заведомо неправосудное решение: преступница Макарова сфальсифицировала текст своего Решения, чтобы ее преступление было не так видно. В констатирующей части Решения она перечислила моменты из «рецензии» Анфилова, которые я не требовал опровергать, ничего о них не говорил и не писал (ведь что-то написать в Решении Макаровой надо было), зато ничего не упомянула о клевете, о которой я написал в иске и о которой говорил в суде, т.е. она сфальсифицировала свое Решение так, как будто я пришел в суд со всякими глупостями. Единственная ее промашка в том, что она проспала все же, о чем шла речь, и написала, что «В. Анфилов дает собственный анализ прочитанному в книге Ю.И. Мухина «Война и мы»» и «ответчиком опубликован анализ книги истца». У меня нет такой книги, и на суде речь как раз и шла о том, что это сборник статей 5-ти авторов и приписывать Мухину высказывания других авторов нельзя.

А ведь это дело яйца выеденного не стоит. Для меня это было чем-то вроде посещения зоопарка, да и «Независьке» этот старый клеветник Анфилов нужен был, как зайцу стоп-сигнал. У них в газете гораздо больше клеветников более умных и хитрых. Зачем в таком пустяковом деле Макарова пошла на преступление? Зачем трудилась, чтобы его скрыть в Решении?

Возможно, она получила взятку, ведь о чем-то же адвокатесса с ней шушукалась до суда, но думаю, что «Независька» по такому поводу вряд ли бы ей взятку дала.

Считать, что Давидовна это сделала из-за политики, глупо: тут никакой политики, тут чисто бабское. Я о судьях, судивших А. Соколова, писал, что это фашистские сволочи. Теперь я понял, что ошибался. Назвать этих баб фашистской сволочью - это глубоко и незаслуженно оскорбить фашистскую сволочь.

Немного о милых дамах

Дело в том, что мы, мужчины, сочинили миф о женщинах как о каких-то добрых, милых, всепрощающих существах. Ну есть у мужиков такая слабость - ну хочется им, чтобы женщины такими были. Между тем бабье намного превосходит мужчин по подлости, бессовестности и какой-то бессмысленной тупой злобности. Видимо, это идет от природы. Те, кто держит собак, подтвердят мои слова: в одной стае, на одной территории прекрасно уживутся неограниченное количество кобелей, но не более одной суки. Две суки будут рвать друг друга непрерывно, хотя бы это были мать и дочь.

Вот такой пример из моего далекого прошлого. Мужчина - руководитель небольшого коллектива женщин - готовил настенное поздравление свои подчиненным к 8-му марта. Под рукой не нашлось подходящей открытки, и он украсил поздравление фотографией одной из работниц (фото было сделано для Доски почета). И нет, чтобы подписать его: «Передовица производства такая-то». Это было бы воспринято равнодушно. А он вставил это фото именно как художественное оформление - как образец женщины. Результат: остальные бабы начали немедленно «жрать» эту «счастливицу». Полгода они дружно делали ей пакости, вынуждая уволиться, и когда растерянное руководство поставило перед ними самими вопрос: или прекращаете грызню, или увольняйтесь - они уволились сами. Мужчине бабью психологию понять трудно, если не невозможно.

Давайте оценим такой факт. Во всех «громких» делах последнего времени обязательно фигурирует судья-баба. Возьмите оба суда над Андреем Соколовым или суд Лужкова против Доренко, или суд над Тамарой Рохлиной. Но ведь по сообщенной выше В. Абрамкиным статистике количество судей-женщин всего лишь в 1,5 раза превосходит количество судей-мужчин. Почему тогда не видно мужчин на «громких» процессах? Потому и не видно, что дела эти «громкие», т.е. заведомо подлые, такие, где нужно выносить неправосудный приговор. Остатки совести у мужиков заставляют их избегать публичной подлости, подставляя вместо себя баб, а бабе - хоть бы хны! Бабы не только не чувствуют своей подлости, они упиваются ею!

Вот В. Абрамкин сообщает, что по статистике женщины-судьи выносят самые жестокие приговоры женщинам. Это еще как-то можно понять: накануне на гульке муж облапал партнершу в танце или утром обнаружился седой волос. Ну как тут не назначить максимальный срок женщине, у которой еще нет седых волос? Но почему женщины-судьи дают максимальные сроки подросткам и минимальные рецидивистам? Это как понять?

Поэтому я не берусь объяснить, почему судья Макарова Ирина Давидовна пошла на преступление и вынесла по моему иску заведомо неправосудное решение, но я ей очень благодарен за это. Если бы вынесла правосудное, то моя экскурсия закончилась бы. А так я получил возможность посетить Мосгорсуд и посмотреть на тамошних баб. А там мне было на что посмотреть.

Не будем работать и не заставите!

Итак, я подал кассационную жалобу в Мосгорсуд и явился туда по повестке. Три тетки в черных балахонах, у одной груда папок с делами. Находит папку с моим делом и начинается «рассмотрение» моей жалобы.

Что тут следует сказать. Если судья дело не рассматривает, но выносит приговор или решение, то он его выносит заведомо неправосудно по определению - как можно вынести правосудный акт без самого суда? И чтобы судьи судили, а не имитировали суд, процессуальные кодексы России требуют от них полного и точного соблюдения порядка и всех этапов рассмотрения дел.

В моем случае ст.ст. 301-304 ГПК задают такие этапы и порядок рассмотрения. Судья-докладчик излагает остальным судьям: 1) обстоятельства дела; 2) содержание Решения суда первой инстанции, т.е. Мещанского; 3) доводы моей жалобы и другие материалы (в моем случае других материалов не было). Затем слушают меня и других лиц (их тоже не было). Затем суд должен удалиться в совещательную комнату и принять решение.

Мою жалобу три бабы «рассматривали» так. Докладчик проигнорировала первый этап и сразу взялась за доклад Решения Макаровой. Причем докладчик о решении не рассказывала, поскольку видела в первый раз и не читала. Она его просматривала, сообщая коллегам отдельные слова из того, что видела. Получалось примерно так: «М-м-м иск Мухина к редакции «Независимой газеты» м-м-м просит обязать ответчика м-м-м, судом отклоняется». (Правда, судя по отсутствующим лицам остальных двух баб, и это им было лишнее). Далее докладчик и не подумала сообщать доводы моей жалобы, а дала мне слово.

Я попытался изложить эти доводы сам, но длилось это ровно до первой паузы, которую я сделал, чтобы перевести дыхание. Тут тетки встали и пошли «совещаться». «Я же не кончил!» - пытался я их остановить. «Нам все понятно», - отвечали судьи. «Но вы же не выслушали, что именно я прошу». «Нам все понятно», - сказали тетки, закрывая за собой дверь. Все действие, вместе с изъятием и возвратом мне паспорта, длилось минуты 3, совещались тетки минут 5, после чего сообщили мне, что оставляют Решение Макаровой в силе. А какое решение они еще могли вынести, если и не собирались рассматривать мою жалобу?

То есть, и эти три закоренелые уголовные преступницы (ст. 305 УК РФ) вынесли заведомо неправосудное решение, не моргнув глазом. (Из-за блиц-суда заснуть ни одна не успела).

Что мне в Мосгорсуде было интересно. По своему опыту я видел бюрократов во всех их качествах и проявлениях и казалось бы везде: от городских судов до министров и членов президентских администраций. И раньше бюрократы были не ангелы и могли творить по Делу, что угодно, и как угодно Делу вредить. Но они всегда исполняли форму своего должностного поведения. То есть, если они обязаны тебя выслушать, - выслушают, если шлешь им письмо, - ответят. Пусть они и не работали, но саму работу имитировали обязательно. Как же иначе? Как иначе объяснишь, за что ты получаешь зарплату?

В Мосгорсуде бюрократическая сволочь предстала передо мною в невиданной ранее красе: этим теткам уже и имитировать работу стало «западло».

А ведь общество платит им немало. По имеющимся сведениям месячный доход рядового судьи даже без взяток около
20 тыс. рублей, включая многочисленные премии и 1000 руб. на завтраки. Какой же скотиной нужно быть, чтобы за такие деньги хотя бы формально не исполнять свои обязанности?

Не я один

Теперь перейдем к статистике. За полгода до того, как я начал экскурсию по судам, студенты юридического факультета МГСА в качестве практикума с 24.04 по 11.05.2001 г. посещали Мосгорсуд, фиксируя по сути то беззаконие, которое творят тамошние, так сказать, судьи. Им бы фиксировать только нарушения ГПК (они присутствовали на рассмотрении кассационных жалоб только по гражданским делам), и этого уже было бы достаточно. Но так как студентам было важно показать свои знания, то они фиксировали нарушения судьями следующих законов и нормативных актов (под этими номерами они фигурируют в тексте): (1) - Европейская Конвенция по правам человека. (2) - Конституция РФ. (3) - ГК РФ. (4) - ГПК РСФСР. (5) - УК РФ. (6) - УПК РСФСР. (7) - АПК РФ. (8) - ФКЗ N 1 - ФКЗ от 31.12 96 г. «О судебной системе Российской Федерации». (9) - ФЗ от 08.04,81 г. «О судоустройстве РСФСР». (10) - ФЗ N 82-13 от 19.05.95 г. «Об общественных объединениях». (11) - ФЗ N 24 - ФЗ от 20.02.95 г. «Об информации, информатизации и защите информации». (12) - Указ Президиума Верховного Совета СССР от 12.04.68 г. «О порядке рассмотрения предложений, заявлений и жалоб граждан». (13) - Указ Президиума Верховного Совета СССР N 492 от 04.08.83 г. «О порядке свидетельствования предприятиями, учреждениями и организациями копий документов, касающихся прав граждан». (14) - Закон города Москвы N 25 от 18.06.97 г. «Об обращениях граждан». (15) - Постановление Пленума Верховного суда СССР N 15 от 05.12.88 г. «О дальнейшем укреплении законности при осуществлении правосудия».

Результаты своего наблюдения студенты предварили общими замечаниями.

«1. Суд старается максимально закрыться от граждан:

- Отсутствуют таблички на дверях кабинетов.

- Составы судебных коллегий зачастую объявляются невнятно и без указания судей, чьи фамилии называются, т.е. практически присутствующие не знают, кто же их судит, фамилии председательствующего и судьи-докладчика.

- Даже фамилии и инициалы судей «не подлежат разглашению», выяснять их пришлось полулегальным путем.

- Работникам канцелярий запрещено сообщать номера кабинетов не только судей, но и председателей составов.

- Заседания необоснованно и без вынесения мотивированных определений объявляются закрытыми, причем сразу на несколько идущих одно за другим дел, да еще до начала самих заседаний.

2. Неуважение к посетителям:

- 25.04.01 г. прием у Председателя суда начался с большим опозданием, но никто не только не извинился за задержку, но даже не отвечал на вопрос ожидавших, будет ли вообще прием, хотя Председатель была в это время в своем кабинете.

- На прием к руководителям суда записывают только по вопросам надзора, хотя гражданин имеет право придти на прием к любому должностному лицу по любому вопросу, находящемуся в его компетенции, а должностное лицо обязано его принять.

- Вместо ухода для совещания в совещательную комнату судьи удаляют присутствующих из зала заседаний.

- Судьи прерывают выступающих участников процесса, не дав им изложить свои доводы, разговаривают с присутствующими в крайне неуважительной форме, неожиданно встают и уходят для принятия решения.

- Туалеты на этажах закрыты на ключ, хотя при проектировании здания Мосгорсуда число их определялось в соответствии с действующими строительными нормами и правилами (СНИП), исходя из суммарного количества находящихся в нем сотрудников и посетителей. В результате небольшое число действующих находится в весьма плохом состоянии.

3. Решения по делам зачастую выносятся еще до их рассмотрения в судебных заседаниях практически единолично судьей-докладчиком. Чем еще можно объяснить невнятность докладов, невнимательность судей во время заседаний, изучение ими в это время других дел и просто сон?

4. Введение необоснованных запретов и создание помех в работе наблюдателей (дополнительно к изложенному выше):

- Запрет адвокатам и общественным защитникам беспрепятственного допуска к подзащитным в СИЗО - требование получения разовых разрешений у судьи (решение коллегии Мосгорсуда от 30.03.01 г.).

- Запрет СИЗО на свидетельствование доверенностей от подсудимых без разрешения судей, за которыми они числятся.

- Запрет на установку таблички и объявления нейтрального содержания, извещающих о работе в суде наблюдателей правового мониторинга и местонахождении дежурного.

Помещения суда являются присутственным местом и служат для работы не только сотрудников данного учреждения, но и всех посетителей, в том числе и членов общественных организаций, защищающих в полном соответствии с Конституцией России и ФЗ «Об общественных объединениях» законные права и интересы неопределенного круга граждан.

- Запрет на ведение записей, в том числе и с использованием аудиотехники, противоречит действующему законодательству РФ, о чем разъяснялось в постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 15 от 05.12.86 г.

Данные замечания являются нарушением: (2) ст.ст. 29 п.4, 32 п.1, 45, 48; (4) ст.ст. 189, 304; (6) ст.ст. 19, 46, 47, 51, 52, 338; (8) ст.ст. 8, 9; (9) ст. 18; (10) ст.ст. 17, 27; (12) ст.ст. 12, 13, 14; (13) ст.ст. 1 ч.2, 6; (15) ст.ст. 11, 12 ч.2, 23; (17) ст. 11.».

Не могу удержаться от маленького комментария к этим замечаниям. Конечно, ребята были в суде весь день и туалеты для них были актуальны. Но ведь «судьи» Мосгорсуда» гадят немедленно и без колебаний на любой закон России, а ее Конституцией подтираются. Им-то зачем туалеты?

Замечу, что студенты сами не вникали в суть ни одного дела, они лишь фиксировали форму судебных слушаний - действительно ли судьи рассматривают дела или штампуют свои определения, не глядя. Результаты оказались следующие.

«Судья Сизова спит»

«Зал 225, 16 дел. Судьи: Е.Н. Базькова, И.В. Васильева, Т.И. Жданова, А.Н. Миронова.

1. Состав суда объявляется невнятно или вообще не объявляется.

2. Документы, удостоверяющие личность участников процесса, возвращаются им не сразу.

3. Права участников им не разъясняются.

4. Судьи разговаривают во время доклада и выступлений и не вникают в суть дела.

5. Нарушался порядок выступлений сторон: в одном из дел истца заслушали после ответчика.

6. Доводы сторон не выслушиваются. Участников перебивают, не дают закончить мысль.

7. Довольно ясно и эмоционально выражают свое отношение к участникам - перемигиванием друг с другом, усмешками и т.п.

8. Явно выраженная предвзятость к отдельным участникам процесса.

9. Комкают слушания. Заканчивают их совершенно неожиданно для всех присутствующих.

10. По одному из дел вообще не объявили решение.

11. Прокурор, выступавшая в деле, говорила такой скороговоркой, что даже просто смысл ее речи уловить было крайне кому-либо трудно.

12. Выгоняют присутствующих из зала заседаний, чтобы самим не удаляться в совещательную комнату.

Данные замечания являются нарушением: (1) ст. 6 п.1; (2) ст. 123 п.3; (4) ст. 154 п.1; (6) ст.ст. 14, 338, 339.

Зал 225. Судьи: неизвестны.

1. Заседания были объявлены закрытыми.

Данные замечания являются нарушением: (1) ст. 6 п.1; (2) ст. 123 п.1; (6) ст. 18.

Зал 344, 3 дела. Судьи: Ю.В. Катков, В.Г. Юдин, О.С. Гончарова.

1. Председательствующий Юдин не знакомился с текстом ходатайств, а требовал от заявителей оглашать их устно (нарушен принцип непосредственности).

2. Нарушалось право участников на ознакомление с материалами дела.

3. Нарушалось право сторон на представление дополнительных материалов, относящихся к делу.

4. Ходатайства сторон не приобщались к делу и не рассматривались.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст.ст. 30 п.1, 146 п.1.

Зал 344. Судьи: О.С. Гончарова, В.Г. Юдин, Климова.

1. Нарушений не выявлено.

Зал 344, 4 дела. Судьи: И.Е. Лукьянов, В.Г. Юдин, М.В. Милых.

1. Состав суда называется нечетко.

2. Не разъясняются права сторон.

3. Не разъяснялись последствия отказа от иска.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст.ст. 154, 293, 298.

Зал 344, 4 дела. Судьи: Ю.В. Катков, В.Г. Юдин, Климова, М.В. Милых.

1. Невнятно объявлялся состав суда.

2. Дела докладывались очень тихо.

3. Судьи невнимательно слушали выступления сторон.

4. Не были разъяснены процессуальные права участников.

5. Не давали заявлять ходатайства.

6. Суд невнимательно знакомился с делами.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст.ст. 154, 155, 156.

Зал 222, 5 дел. Судьи: Е.М. Пендюрина, Людмилова, В.В. Ермилова, М.В. Фомина.

1. Судьи во время заседания изучают другие дела и пишут по ним, вероятно, определения.

2. Не разъясняется содержание статей, на которых суд основывал свое решение.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст. 146.

Зал 222, 2 дела. Судьи: Н.И. Лукина, Е.М. Пендюрина, М.В. Фомина.

1. Состав суда объявлялся нечетко, так что было непонятно, кто есть кто.

2. Судьи не выслушали доводы кассатора.

3. Судьи не выслушивали ответы на заданные ими же вопросы, перебивали отвечающего.

4. Судьи были плохо знакомы с материалами дела.

5. Во время рассмотрения одного из дел судьи знакомились с материалами других дел, чем был нарушен принцип непрерывности судебного разбирательства.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст.ст. 146, 154.

Зал 232, 1 дело. Судьи: неизвестны.

1. Начало слушания дела задержано на 10 мин.

2. Состав суда не объявлялся, и заседание не было открыто.

3 Председательствующая запретила присутствовать на заседаниях, объявив их закрытыми без вынесения определения.

Данные замечания являются нарушением: (1) ст. 6 п.1; (2) ст. 123 п.1; (4) ст.ст. 9, 154.

Зал 334, 9 дел. Судьи: Т.В. Семенова, О.А. Ксенофонтова, Т.В. Кнышева, А.И. Сизова.

1. Все дела рассматривались с запозданием.

2. Судьи во время заседания изучают другие дела (нарушен принцип непрерывности).

3. Не всегда проверяется явка сторон.

4. Не разъясняются права и порядок обжалования.

5. Не разъясняется содержание статей, на основании которых вынесено решение судом 1-й инстанции.

6. Суд прерывает объяснения сторон, мотивируя нехваткой времени.

7. Судья Сизова спит.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст.ст. 146, 151, 155.

Зал 222, 5 дел. Судьи: Н.И. Лукина, Е.А. Федорова, Е.М. Пендюрина.

Нарушений в ходе судебных заседаний не выявлено.

Зал 346, 5 дел. Судьи: Боркова, Лохмачева, Сергачева.

1. Судьи были без мантии.

2. Состав суда объявлялся нечетко.

3. Судьи во время рассмотрения дела изучают другие дела.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст.ст. 146, 154; (8) ст. 34 п.2.

Зал 346, 8 дел. Судьи: Н.И. Лукашенко, Е.А. Брагинская, М.В. Овсянникова.

1. Не объявляется состав суда.

2. Ограничивают участников во времени, не дают договорить.

3. В 4-х делах нарушения не выявлены.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст. 154.

Зал 413, 6 дел. Судьи: Ланкина, Брунова, Ионова.

1. Судьи без мантий.

2. Не разъясняются права сторон.

3. Дела рассматриваются столь тихо, что разобрать что-либо зачастую невозможно.

4. Во время слушания дел судьи занимаются посторонними делами.

5. Для принятия решений вместо удаления суда в совещательную комнату присутствующих выгоняют в коридор.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст.ст. 155, 304; (8) ст. 34 п.2.

Зал 236, 17 дел. Судьи: Горохова, Кирова, Гуляева.

1. Доклады производились нечетко.

2. При смене состава суда фамилия нового судьи не называлась.

Данные замечания являются нарушением: (4) ст. 154.

Зал 236, 1 дело. Судьи: Гуляева, Горохова, Ложкина.

1. Коллегия суда пыталась воспрепятствовать доступу волонтеров правового мониторинга в зал судебного заседания.

Данные замечания являются нарушением: (1) ст. 6 п.1; (2) ст. 123 п.1; (4) ст. 9; (8) ст. 9.

Зал 236, 1 дело. Судьи: неизвестны.

1. Одна из судей во время заседания работает с материалами другого дела.

2. Не разъяснено содержание статей закона, на основании которых вынесено определение кассационной инстанции.

3. Не разъяснено право на обжалование.

Данные замечания являются нарушением: (6) ст. 240.

1-ая инстанция. Зал 232, 1 дело. Судья Т.А. Чиркова.

1. Судья без мантии.

2. Вела дело Кузьмина очень грамотно и профессионально, постановка вопросов корректная и логичная.

Данные замечания являются нарушением: (8) ст. 34 п.2».

Бабам не по уму

Как видите, если бы я получил эту справку раньше, то мне не было бы необходимости самому таскаться в Мосгорсуд - студенты выяснили то же самое, что и я, причем, выяснили, что заведомо неправосудные акты - это не единичный случай, а «нормальная» практика Мосгорсуда.

Тем не менее, по ряду дел, по которым студенты не нашли нарушений, видно, что наплевательское отношение к законам не является для судей чем-то вынужденным и объективным: если они хотят, то могут рассмотреть дела и в полном соответствии с законодательством. Но они хотят этого редко, большей частью им нравится упиваться своей подлостью.

Сплошное наблюдение явило и судей-мужчин, но от участия в делах этих кавалеров Фемиде Мосгорсуда легче не стало и не только потому, что 90% всех дел было рассмотрено чисто бабским коллективом. По своему образу мыслей члены суда-мужчины от баб ничем не отличаются, раз их такая «работа», судя по всему, устраивает.

Чтобы закончить с бабской темой, давайте обратим внимание вот на какой момент. В области правосудия у нас три организации анализируют улики и принимают решения по правонарушителям. Первая инстанция - это милиция (уголовный розыск). Они по уликам выявляют подозреваемых. Затем следователи прокуратуры и прокуроры анализируют улики и обвиняют подсудимых. И, наконец, самый ответственный анализ должны произвести судьи, поскольку от неправильности их анализа обществу наносится максимальный ущерб. Ошибка опера угро приведет к задержанию невиновного на 48 часов, ошибка судьи может привести к смерти невиновного.

С другой стороны, средняя женщина менее способна к анализу, нежели средний мужчина. Вопрос: исходя из степени тяжести ошибок в анализе, где должно больше работать женщин - в уголовном розыске или суде?

Логика, здравый смысл бунтуют: если женщинам так уж хочется работать в правоохранительных органах, то они должны идти в уголовный розыск, где цена их ошибки будет незначительна. А следователями и судьями обязаны быть мужчины. Но все с точностью до наоборот.

Вот заполнение штатов конкретного уголовного розыска управления внутренних дел Москвы. Из 34 оперов розыска всего две женщины. Из 15 человек милицейских следователей и дознавателей всего 3 мужчин. А в Мосгорсуде 90% дел вершит бабье. Как это понять?

Может, в угро получают больше? А как же! Полковник, начальник угро, получает втрое меньше, чем самодовольная сопливая сучка в должности рядового судьи. Может, они в угро взяток больше берут? Так ведь они могут взять взятку только за одно - за то, что отпустят преступника. Но если всех отпускать, то раскрываемость упадет до нуля, с работы выгонят. А в прокуратуре можно преступника обвинить и по одной, и по трем статьям, а за разницу кучку баксов в карман положить, а судья может дать и 3, и 8 лет, и за разницу на лапку взять. Где взятки легче брать?

То есть нельзя объяснить никакими меркантильными интересами то, почему судьями работают бабы.

Объяснение, повторю, только одно: судьи России к Делу, нужному народу, - к правосудию, - не имеют никакого отношения. Сама система российских прокуратуры и судов от преступности народ никак не защищает - это организации, целью которых является выколачивание «бабок» из общества (зарплата) и из преступников (взятки). Исходя из этой цели, работникам суда и прокуратуры самостоятельный анализ запрещен: скажет начальник «сажай» - сажай, скажет «отпусти» - отпусти. Твое личное мнение значения не имеет. Прокурор просит 5, а ты даешь 4, и можно сидеть и спать.

А в уголовном розыске такого нет, там опер самостоятельно анализирует улики и самостоятельно принимает решение. И по-другому нельзя - иначе ни одного дела не раскроешь. Поэтому и сидят мужчины (со всеми данными судей) в угро, а в судьи не идут. А подлое бабье сидит в судах и в угро его не заманишь. Оно же там ни одного дела не раскроет. Работать опером - это же не приговоры по делу штамповать, не слушая самого дела.

Итожа тему, хочу предупредить баб, чтобы они не сильно гордились сказанным мною выше. А то ведь подумают: «Вот - де мы какие умные и сообразительные. Какое Дело нам, бабам, не поручи, а мы его скурвим и, услужая начальству, сделаем кормушкой для себя самих. Такой кормушкой, при которой можно паразитировать на обществе - на тех же мужиках - и ничего не делать».

На самом деле баба (формально являясь женщиной) как женщина всегда вторична. Все курвят и все гадости изначально делают мужчины: это они из-за своей лени, тупости и подлости создают бюрократические организации, а уже потом в этих организациях бабы кормятся. Вся гадость в мире сначала идет от тех, кто формально является мужчинами.

К примеру, сначала какие-то уроды в штанах развопились о естественности и законности гомосексуализма и скотоложества, о том, что в жизни главное секс, довели чувства любви до маразма, а уж потом появились лаховы и матвиенки, чтобы этот маразм довести до совершенства.

Продолжение

`
ОГЛАВЛЕНИЕ
АРХИВ
ФОРУМ
ПОИСК
БИБЛИОТЕКА
A4 PDF
FB2
Финансы

delokrat.ru

 ABH Li.Ru: sokol_14 http://www.deloteca.ru/
 nasamomdele.narod.ru


Rambler's Top100